* * *
Не по словам, а по делам
Учил распознавать Спаситель…
За облака бы не просился —
Кто на земле развёл бедлам,
Кто признавал стандарт двойной:
Себе — пирог, кому-то — речи…
Тот так надёжно обеспечил
Себе жилище под землёй.
* * *
А жизнь — она не прекращается,
И подо льдом струит река;
Поэтому зачем отчаиваться,
Себя в проем тоски толкать?
Жить надо дальше от отчаяния
Вёрст за сто или же почти…
Давайте жить, как получается,
Не веря вымыслам тоски.
* * *
Красивые сказки желаний
С полётом сравнишь мотылька,
Или с небесными зданиями
Летящими на закат.
Им надо и сини, и ветра,
И чтобы ночь не врагом…
Это игра цвета —
Только-то и всего.
* * *
Не быть с тобой нам вместе,
Зима стоит внутри.
Останется здесь если
Два слова или три.
Рассыпался град летний,
Промчался дождь чумной.
Ну, встретились две песни
И отнесло волной.
* * *
Как хотелось в почетный плен.
«Окрути, опоясай, ну-ка».
Все на свете из перемен,
Переменчивость - хитрая штука.
То один, то другой сезон,
То фонарики, то марены.
Эх, махнуть бы за горизонт,
Но и там сидят перемены.
ГАЙДАМАКИ
Для внезапной для атаки
Народили крепышей.
Появились гайдамаки —
Боль зубовная пашей.
Рать турецкая гонялась
По долинам и горам.
Гайдамакам доставалось —
Туркам тоже — по зубам.
Мы заметно измельчали,
Смелость наша — под откос;
К сибаритству быт причален,
Сытость нам щекочет нос.
Потихоньку сходим в накипь,
В мутной плаваем бурде…
Гайдамаки, гайдамаки,
Гайдамаки, где вы?.. Где?
* * *
Да что вы?! — земля не злая,
Ругать её — дрянный стиль;
Ну, просто она понимает,
Как надо себя вести.
Упреков напрасны стаи,
Как шелест листвы под ногой.
Вдруг кто-то её заставляет
Такой быть, а не другой?
* * *
Надо в лучи поверить,
Это совсем не просто;
Надо отбросить серость,
Если вокруг серо;
Меньше всего на это
Люди способны взрослые:
Часто покрыто серостью
Сердце, душа, перо.
Надо, конечно, надо,
Надо решиться-отважиться,
Надо, при этой жизни,
Здесь наяву, не во сне.
Может быть легче станет,
Может добром скажется…
Надо поверить солнцу,
Надо поверить весне.
* * *
Тучам лазурь не нравится:
«Ишь, развели уют!»
Лаются тучи, лаются,
Пошлости выдают.
Чем-то страдают — точно.
Только лазурь права.
Что ты возьмёшь с туч-то?
Правда их такова.
* * *
Манят далёкие звезды,
Манят мерцаньем своим.
Здесь я своё отползал,
Здесь я своё отпылил.
В звёзды врезаться поздно,
Крыльев помят наряд.
Внуки пускай не ползают,
Светят, а не дымят.
* * *
А мы пришли сюда побыть,
Знать наша такова планида:
Исчезнуть, промелькнув из вида,
Чтобы забыли и забыть.
И в этом некого винить,
Задумано так изначально,
Напрасно ветра плач печален,
Тонка нам даденная нить.
* * *
Жизни нелёгкая ноша,
Надо её нести.
Если сюда заброшен,
То у судьбы в горсти.
Ты у неё наймитом
Трудишься за пятаки…
Звезды зависят, а мы-то
Крохотные светляки.
* * *
Застрелили раненую лошадь,
Чтоб не мучилась бедняга, вот и все.
Ночью грязь замёрзнет, и пороша,
Что сумеет, то и занесёт.
То-то будет радости воронам:
Разгребай, хватай, вовсю балдей.
Лошадь пристрелили — нет урона,
Их ещё хватает — лошадей.
* * *
Холодные осени руки,
И грусти негреющий плед;
Не станут они лучше,
Не станут они теплей.
Ветер продрогший дует,
Белый налёт на меже…
Не надо об этом думать,
Лучше не станет уже.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Публицистика : Феноменология смеха - 2 - Михаил Пушкарский Надеюсь, что удалось достичь четкости формулировок, психологической ясности и содержательности.
В комментарии хотелось бы поделиться мыслью, которая пришла автору вдогонку, как бонус за энтузиазм.
\\\"Относительно «интеллектуального» юмора, чудачество может быть смешным лишь через инстинкт и эмоцию игрового поведения.
Но… поскольку в человеческом обществе игровое поведение – это признак цивилизации и культуры, это нормальный и необходимый жизненный (психический) тонус человека, то здесь очень важно отметить, что «игра» (эмоция игрового поведения) всегда обуславливает юмористическое восприятие, каким бы интеллектуальным и тонким оно не было. Разве что, чувство (и сам инстинкт игрового поведения) здесь находится под управлением разума, но при любой возможности явить шутку, игровое поведение растормаживается и наполняет чувство настолько, насколько юмористическая ситуация это позволяет. И это одна из главных причин, без которой объяснение юмористического феномена будет по праву оставлять ощущение неполноты.
Более того, можно добавить, что присущее «вольное чудачество» примитивного игрового поведения здесь «интеллектуализируется» в гротескную импровизацию, но также, в адекватном отношении «игры» и «разума». Например, герой одного фильма возвратился с войны и встретился с товарищем. Они, радуясь друг другу, беседуют и шутят.
– Джек! - спрашивает товарищ – ты где потерял ногу?
- Да вот – тот отвечает – утром проснулся, а её уже нет.
В данном диалоге нет умного, тонкого или искрометного юмора. Но он здесь и не обязателен. Здесь атмосфера радости встречи, где главным является духовное переживание и побочно ненавязчивое игровое поведение. А также, нежелание отвечать на данный вопрос культурно парирует его в юморе. И то, что может восприниматься нелепо и абсурдно при серьёзном отношении, будет адекватно (и даже интересно) при игровом (гротеск - это интеллектуальное чудачество)\\\".
